Каждый из нас Творец – в каждом есть природа Будды

Бабет М. Ванлоо  – режиссер кино и художник

KazBab3c-720x405

Бабет и Казуаки Танахаши, японский Дзен-мастер, художник, каллиграф и известный ученый во время съемки совместного фильма “Рисуя мир”/”Painting Peace”, 2013

Мое имя Бабет Мондини-Ванлоо. Я родилась в Голландии и в юности переехала в Германию, чтобы изучать искусство под руководством художника Джозефа Беюса. Он научил нас, что мотивация  – это самое важное в создании объектов искусства. Некоторые из своих работ он называл Невидимыми скульптурами, потому что это было воплощением всех видов искусства и огромным вкладом в развитие Социальной скульптуры, суть которой в том, что искусство способно вылечить общество.

Он также основал экологическое направление в искусстве: высадил 7000 дубов как арт-проект, очищал реку, а также стал одним из основателей партии Зеленых. Он сделал известной фразу «Каждый из нас Творец», расширяя понимание роли искусства в том, что оно может выполнять активную роль на всех уровнях общества.

Когда он был уволен правительством за то, что он со студентами занял академию в 1972 году, то в знак протеста против угнетения свободной воли в сфере образования и по причине политической суматохи, я даже хотела покинуть Германию

В1976 году я получила стипендию на то, чтобы изучать киноискусство в Нью-Йорке и там я познакомилась с Дилго Кьенце Ринпоче. В Германии я уже встречалась с Махариши и начала уже немного заниматься трансцендентальной йогой и медитацией, но у меня не было сильной связи с Махариши, как с учителем. Но когда я встретила Дилго Кьенце, то я сразу почувствовала, что попала домой. Что-то изменилось во мне и я почувствовала, что мне нужно это изучать.

В1977-78 годах я сдала на мастерскую степень на факультете киноискусства и переехала в Сан-Франциско примерно и встретила там Дуджома Ринпоче. В то время там было много Ринпоче и я продолжала этим интересоваться находясь в Калифорнии. Когда я вернулась обратно в Голландию, то встретила там Намкая Норбу Ринпоче в 1982 и я могу называть себя практиком начиная с этого периода, потому что с этого момента я начала свою ежедневную практику и, хотя я находила вдохновение не в самом буддизме, однако считала его основой для изучения учения.

После этого я поняла, каким потрясающим благословением было для меня как для художника узнать об учении Дзогчен и Ваджраяны, потому что это открывает перед творцом совершенно новые горизонты. Это путь самоосвобождения и это прекрасно совмещается с работой в искусстве. Не могу сказать, что я приняла решение стать практиком Ваджраяны, но судьба распоряжается так, что мы находим то, что наиболее нам соответствует.

Затем, после того, как я создала много работ в сфере искусства и кино, в 1989 году я сняла свой первый фильм о буддизме на 16 мм кинопленку в период проведения ритуалов по кремированию Дуджома Ринпоче в Катманду. Я работала вместе с Джоном Халперном, с которым я познакомилась через Джозефа Беюса и мы получили разрешение от Шенпеня Дава, сына Дуджома Ринпоче на то, чтобы сделать первый фильм на кинопленку в монастыре в Катманду, где в это время вместе с Дилго Кьенце Ринпоче проводились ритуалы, сопровождающие кремацию. Я отчетливо помню, что когда я подошла к нему, чтобы получить благословение от него я держала в руках свою камеру Bolex, а он взял свою трость, и вместо того, чтобы благословить мою голову, он благословил камеру. А я все продолжала ждать, что он благословит мою голову, и тогда он начал смеяться. Я всегда буду помнить этот момент, как своего рода уполномачивание на съемку фильмов и видео, чтобы проявить мастерство в том, чтобы запечатлеть мудрость в формате киноискусства.

До 1989 года мною было создано несколько инсталляций, в которых я использовала свет и кино. Все это было представлено публике в таких местах, как музеи и галереи. Также я делала такие световые скульптуры на тему буддизма и некоторые из них были словно молитвенные флажки в современной интерпретации. Например, осенью 1991 года я была приглашена, чтобы показать свои арт-работы в галерее во время празднования тибетского Нового года, который отмечался в Нью-Йорке и на котором присутствовал Далай-лама. Я создала три скульптуры, используя свет и кино, на одной из них был Дилго Кьенце Ринпоче, на другой ритуалы по кремированию Дуджома Ринпоче и третья была с молитвенными флажками и с изображением Его Святейшества. Представьте: на поверхности из органического стекла и меди, куда я поместила 35-ти мм кинопленку, на которую я засняла Далай-ламу, и внутри в неоновых лучах светилась мантра Его Святейшества. Когда кто-то поворачивал колесо, то не только мантра Его Святейшества становилась активной, но и фильм производил впечатление, будто он дает вам благословение.

Затем произошел удивительный случай, когда Ричард Гир открывал это мероприятие. Я получила пригласительную открытку с изображением Дилго Кьенце и всем необходимо было взять их с собой, чтобы попасть в галерею. Однако прямо накануне открытия он ушел из жизни. Утром я узнала, что он умер, и я привезла грузовик земли в галерею, чтобы сделать инсталляцию в виде неонового свечения над ней и некоторые приняли это как часть общей инсталляции. Но когда пришел Ричард Гир, который также был его учеником, то мы вместе преобразили это пространство в место поклонения и почтения памяти Дилго Кьенце Ринпоче. Иногда такая синхронность происходит в буддизме.

Моя связь с Дилго Кьенце как с учеником также помогла мне, чтобы получить разрешение начать снимать фильмы в Бутане, в то время эта страна была закрыта для посещения. Мои первые три фильма по одномуKhandro_Poster_print12-252x350 часу были посвящены женщинам, и они были сняты с замечательной бутанской помощницей Карма Пен. В то время перемены начали входить в жизнь с первым появлением телевидения и урбанизации. Первый фильм был о женщинах в деревнях, где была матриархальная система, согласно которой земли переходили от матери к дочери и женщины имели очень равные права с мужчинами. Это было фантастикой увидеть это в Азии.

Второй фильм был про урбанизацию.

Третий фильм был о дочери Дилго Кьенце по имени Чиме Вангмо и о его жене, Кхандро Ринпоче, которая была великолепным доктором и целителем. Она обучилась целительству в женском монастыре Сисинанг. То, что голоса этих женщин звучат в этом фильме, это уже благословение.

И, конечно, было желание снять хороший фильм о Намкае Норбу. Я жила в Трибеке в Нью-Йорке и в начале 90-х и моей соседкой по этажу была Дженнифер Фокс. Наши пути в дальнейшем всегда будут пересекаться. Я сняла известный документальный фильм на Гаити в 1991-м году, очень политический, антивоенный. В это время Дженнифер сняла фильм про Ливан и оба наших фильма были в американском прокате. Также я приходила к Дженнифер, чтобы сделать практику. Мы обе были ученицами Намкая Норбу Ринпоче, так что она была моей сестрой по Дхарме, другом и коллегой. Это такая редкость!

Позднее, когда я стала главой буддийского телевидения, я знала, что Дженнифер могла бы стать лучшим автором фильма, потому что все эти годы я видела, как она собирает материал о Намкае Норбу, и что она отличный документалист. У меня ушло от 5 до 7 лет на то, чтобы убедить ее сделать это, потому что с ее стороны были некоторые колебания. Еще я настойчиво ждала фильма о том, как буддизм изменил ее жизнь, как он повлиял на процесс создания кино, изменил ее взгляд, как художника, но она не хотела такого снимать. Затем к ней пришла идея сделать фильм о взаимоотношениях отца и сына, как об основной идее фильма. Я очень рада, что была инициатором, сопродюсером и редактором фильма «Моя реинкарнация», одним из основных достижений в процессе этого фильма также стало и то, что все собранные материалы были систематизированы в архив. Я чувствовала, что это было огромным благословением, иметь 25 лет отснятых аудио- и видеоматериалов, которые можно систематизировать и поднести Ринпоче.

Итак, в 2000-м году я стала программным директором первого буддийского телевидения в западном мире, в Голландии. Первое время мы снимали той камерой, которую благословил Дилго Кьенце. Около 7 лет ушло на то, чтобы получить разрешения и финансы от государства и чтобы Общественный канал начал вещать. Я чувствовала, что это важно для буддизма – войти в дома людей, у которых нет связи, но не с целью проповедовать какие-то преобразования, а вдохновлять путем обычного телевидения.

Только одна третья наших программ была религиозного характера. Все остальное было о буддизме как об образе жизни, философии, чтобы вдохновлять людей стать хозяевами своей жизни. Голландия христианская страна, однако, у людей есть какие-то проблемные отношения с самим институтом церкви. Особенно трудно молодым людям, которые не сталкивались в жизни с религией, и имеют много вопросов о том, в чем смысл и миссия жизни, которая могла бы нас вести, как мы можем управлять своей жизнью, что такое этика. Мы не пытались никого ни в чем убедить. Мы просто предлагали помощь по этике. Мы начинали вместе с союзом буддистов Нидерландов и все мы были вдохновлены тем, что буддизм предлагал нам – не-насилие, взгляд на взаимозависимость всего в мире.

DALAI-LAMA-Babeth-Laetitia-2014-copy-471x350

Его Святейшество Далай-лама, Бабет и Лаетиция Шууфс. Фотография была сделана в то время. когда Бабет была режиссером фильма “Далай-лама: Благополучие, Мудрость и Сострадание”, 2014

Я помню, что первой программой, которую я поставила в эфир, было учение Далай-ламы о четырех благородных истинах. После этого шло много программ на тему культуры. Например, о Филиппе Глассе, музыкальном композиторе. Он сам к тому времени давно был буддийским практиком, но слово буддизм появилось в его речи один или два раза за весь фильм. Он прекрасно рассказывал  о том, как медитация повлияла на его игру и композиции. Также мы показали похожий фильм о Джоне Кейдже. Я преподавала создание фильмов в киноакадемии 24 года и однажды, во время того, как я преподавала в музыкальной консерватории в Гааге феноменологию образа и звука, у меня была возможность пригласить Джона Кейджа приехать и помочь нам в работе. У Джона был похожий опыт. Тот способ, каким он вплетал звук тишины в свои композиции, был определенно связан с его практикой буддизма. Так что наши программы были не только о буддизме, но и том, как он направляет нас в жизни.

К слову о взаимозависимости, было время, когда буддизм на Западе поделился на разные направления. Вначале мы могли показывать только документальные фильмы, но затем я получила разрешение на продюсирование художественных фильмов. Кроме того, мы следили и за тем, что происходит в области смежной между буддизмом, наукой и медициной. В 2001 году, когда я создавала программы с такими людьми как Кабат-Зин, одним из первых людей, который предложил практику осознанности больным раком в Соединенных Штатах в то время, когда никто еще даже не слышал об этом. Сейчас это лечение при помощи практики осознанности стало распространено повсюду. А также снимали программы с такими людьми, как Гоенка, который в свое время провел много тренингов среди начинающих буддистов в Америке, с теми, кто рассказывал о пользе медитации осознанности в тюрьмах, и с теми, кто начинал медицинский центр Инсайт в США. Это было время, когда та мудрость, которой может поделиться буддийская община неожиданно стала очень востребована во всем мире и стала распространяться.

Только небольшой процент наших телезрителей, которые смотрели наше ТВ, были буддисты. Были в эфире также и глубокие дискуссии и документальные фильмы, которые интегрировали взгляд буддизма в повседневную жизнь. Другими словами, мы пытались быть «в струе». Для нас, как авторов кино, это был большой вызов – как представить этот уровень восприятия на уровне чувств, а не только на когнитивном уровне и сделать это словно это опыт самих телезрителей. Люди уже отравлены коммерческим телевидением, где они рассматриваются как потребители, а не как участники. Буддийское телевидение действительно использовало этот элемент, чтобы заставить простых наблюдателей участвовать, пробуждая людей и заставляя их задуматься о самом себе.

К сожалению, 1 января 2016 года стало датой, когда буддийское телевидение, как независимый общественный канал, был закрыт. Больше не существует отдельного канала, но есть несколько студий, которые имеют отношение к производству буддийских фильмов под покровительством христианкого канала, где мой преемник будет иметь меньше времени в эфире, больше правил, бюрократию и многое другое.

Бюджет был урезан кардинально, и все религиозные каналы были закрыты, не только буддийский канал. Эта ситуация отражает историю Нидерландов, как страну с очень разнообразными культурными и политическими течениями.

Теперь я думаю, что одна из основных вещей – как сохранить весь этот архив всех тех фильмов, которые были созданы за последние 15 лет. Важной деталью будет сказать и то, что я занималась тем, что снимала много ритуалов, есть много документального видео на эту тему. Обычно мы снимали кино небольшой группой. Обычная группа, которая снимает кино, снимает лишь небольшую часть, зная, что им может пригодиться всего несколько минут. Но для меня, как для буддийского практика и ответственного кинопроизводителя, я знала, что важно заснять весь ритуал для будущих поколений, особенно в связи с тем, что много тибетских Ринпоче рождаются в Тибете и не находятся в изгнании, а многие ушли из жизни.

И я все еще надеюсь, что даже с моими небольшими способностями, я смогу внести свой вклад, сохранив этот архив, и это будет полезно для будущих поколений, буддийским ученым, или тем, кто хочет обучиться буддийскому медиа, так как сейчас много Ринпоче учат он-лайн. Это что-то новое, что появилось недавно, всего за последние 20 лет. Учения всегда предназначались для узкого круга слушателей. А сейчас они доступны он-лайн. Это новый тренд, который тоже требует руководства для того, чтобы учение могло звучать во всем мире.

Я действительно чувствую, что есть сильная связь между искусством и буддизмом, где основное – это внутреннее самонаблюдение и созерцание, чтобы освободить весь наш творческий потенциал человека.

Буддиский телеканал был для меня тем, что мой учитель искусства называл Социальной скульптурой, арт-работой, которая, которая может достучаться до людей и может принести пользу обществу и людям. Это зарождает семена. И я верю, что наши Ринпоче делают все для служения обществу и я чувствую себя благословленной в том, что также смогла принести пользу в виде творческой передачи учения посредством современного медиа и креативности.

 

Бабет М. Ванлоо

Директор/продюсер ФИЛЬМ АРТ Амстердам

Директор BFFE @EYE Filmmuseum

 

Babeth M. VanLoo

Director/producer FILM ART Amsterdam

Director BFFE @EYE Filmmuseum