Как я встретил Чогьяла Намкая Норбу

Александру Антон

В 2009 г. у меня был жизненный кризис, из-за которого я прекратил свое обучение по специальности клиническая психология, а также много чего ещё. Я помню, что искал свободу, возможно, даже не понимая толком, что это такое, но в конце концов это вылилось в практику шаманизма, я хорошо освоил бубны и сибирское горловое пение. В то время я впервые услышал о Ринпоче, читая об учителях Владислава Матреницкого, который учил горловому пению. Я наслаждался этими переживаниями, которые происходили за пределами понимания в моей рациональной потребности понять всё. Потом в 2012 г. один мой друг попросил меня организовать семинар по исцелению звуком, и я был очень удивлен, когда на него пришло больше десяти человек. Это стало для меня поворотным пунктом, и я сосредоточился на работе со звуком, продолжая проводить эти семинары, на которых люди по-настоящему могут проявить свой голос, слушать его, чувствовать и через это получать переживания.

Во время исследований в течение всех этих лет я экспериментировал с йогой, дзеном, некоторыми медитативными техниками, рейки и, когда я просматривал какие-то книги по Дзогчену — в частности, «Золотые письмена» — мне запомнились три завета Гараба Дордже. Что-то сильно тянуло меня к этим текстам. Меня особенно привлекала простота воззрения и красивые стихи о природе ума, например, метафора о природе ума, в которой она сравнивается с огромным небом, синеющим за всеми облаками. Но во мне всё ещё было много сомнений, я разрывался между поисками чего-то очень конкретного, технического и наслаждением метафорами Дзогчена, которые были слишком хороши для того, чтобы быть правдой.

Ничего не происходило, и я пребывал где-то на задворках своего ума.

Затем в 2013 г. я проводил семинар вместе со своим другом, и в один момент он начал исполнять какие-то песни для релаксации в то время как мы лежали на спине. Среди этих песен была одна: «Пребывание в великом естественном покое», песню исполнял Согьял Ринпоче, она была написана по мотивам стихотворения Ньошула Кхенпо Джамъянга Дордже, и в ней было прекрасное фоновое пение. Я до сих пор помню слова этой песни:

Пребывай в великом естественном покое,

Этот опустошенный ум,

Беспощадно избиваемый кармой и невротичными мыслями,

Подобен непрестанной ярости накатывающих волн

В бесконечном океане сансары.

Пребывай в великом естественном покое.

 Это так сильно повлияло на меня, что, вернувшись домой, я зашел на сайт Восточного Меригара, увидел, что будет ретрит с Ринпоче, и стал думать об этом. Мне всё ещё казалось, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но потом я посмотрел фильм «Моё перерождение», и внутри щёлкнуло что-то ещё, когда я увидел в Ринпоче одновременно тибетского учителя и обычного человека — опыт, к которому у меня до сих пор не было доступа в этой жизни.

Тогда я подумал: «Мне очень интересен Дзогчен, ведь он довольно сильно связан со звуком. Похоже, что Ринпоче очень классный, и он приезжает сюда в Румынию на ретрит, хотя уже очень стар! Мне нужно попасть туда!»

Так я попал [на ретрит] 2013 г. И у меня снова был потрясающий опыт, когда я приходил на ежедневные сессии учения с Ринпоче, и я чувствовал сильную связь с ним и с многими из участников ретрита. Но больше всего меня поразила невероятная атмосфера, которую я ощущал во время учения — она была такой интенсивной и запредельной времени и пространству, это была невероятная энергия, которую я ощущал через присутствие и голос Ринпоче.

Кроме того, я впервые присутствовал на таком международном событии, когда столько людей из разных стран приехали на ретрит в Восточном Меригаре. Я помню, как я подал заявку на work-exchange и оказался в команде регистрации, где смог познакомиться со всеми этими людьми! Всё вокруг меня двигалось, и происходило что-то невидимое, что я смог понять лишь после окончания ретрита, но я помню, как ко мне подошли Паула из Польши и Мира из России и сказали: «Эй, Алекс, у тебя хорошие навыки общения, и тебе нравится работать с людьми. Не хотел бы ты быть помощником синего ганчи?» Я был зажат в угол двумя дакини, и у меня не было шанса выбраться, так что я согласился и в 2014 г. вошёл в состав синего ганчи Восточного Меригара.

Восточный Меригар — подсолнечный гар

Для меня это был очень сильный опыт, поскольку для новичка в маленькой общине было мало возможностей для контакта с международной общиной. С началом работы в ганчи мой кругозор стал немного шире, я увидел, как много всего происходит в Дзогчен-общине, о чём я и понятия не имел.

Это может показаться странным, но это так — я раскрыл для себя дух Общины за пределами своей родины.

На этом первом ретрите в Восточном Меригаре в 2013 г. я проникся волшебными качествами Чёрного моря, и у меня начались отношения с одной девушкой из Чехии. Мы жили то в Румынии, то в Праге, и так у меня была возможность поближе познакомиться с чешской общиной, и я получил непосредственный опыт того, что происходит, когда община сильна, а люди преданны общему делу и сотрудничают друг с другом. Это было очень полезно для меня, невежественного помощника синего ганчи, который иначе никогда не смог бы понять, в чем смысл Дзогчен-общины, и я вернулся в Румынию полный уверенности и вдохновения относительно тех возможностей, которые имелись в нашей относительно очень небольшой и разбросанной по стране сангхе.

Чешские связи

Всё это побудило меня поехать в Пэнденлинг, прекрасный чешский линг на зеленых холмах, где я присутствовал на ретрите с Якобом Винклером и качественно проводил время с друзьями, которые тоже оказались практикующими. Так очень быстро во мне проснулась жажда знакомства с практикующими, поездок на ретриты и путешествий, и эта страсть так много мне дала!

Я познакомился со словацкой общиной, затем по программе work-exchange поехал в Вангденлинг в прекрасной заповедной зоне в горах Словакии и очень качественно провел там много времени, узнав много об истории линга, о местной общине, о стоявших перед ней задачах, решениях и чаяниях. Всё это было мне очень интересно, поскольку в Румынии не было по-настоящему сформированной группы практикующих, которые работали бы над проектами в текущем режиме, кроме приездов Ринпоче, когда много людей тратят много времени и сил на организацию этого события.

Качественное времяпрепровождение в Вангденлинге, Словакия

И тут я понял, что хочу объездить все линги, по крайней мере в Европе, познакомиться с местными людьми, почувствовать это место и получить непосредственное ощущение от него — и эта «работа» всё ещё продолжается. Я чувствую, что это очень важно, потому что независимо от того, насколько мы хороши как практикующие, мы всё ещё ограничены пространственно-временной конкретностью нашей жизни, и у нас нет понятия о жизнях, задачах и решениях, найденных практикующими в других странах — и всё это послужило мне отличным примером того, как можно объединять Учение с самыми невообразимыми обстоятельствами.

Это вкратце о том, как я встретил Ринпоче и стал членом Общины, а также немного о том, что было потом. И вот свой третий год [в Общине] я встречаю в качестве синего ганчи Восточного Меригара, и я могу сказать, что это может быть очень большим вызовом, расширяющим сознание, но я благодарен за все те возможности, которые открылись для меня в связи со всем этим. Годы идут, ретриты начинаются и кончаются, а жизнь продолжает своё развитие. Я также продолжаю своё путешествие в мире звуков, ведя всё более и более кочевой образ жизни. Следующая остановка — Дзамлинг Гар, и это очень любопытно и волнительно для меня.

Я от всего сердца хочу поблагодарить Ринпоче и Международную Дзогчен-общину.